Курсовая работа по социально-экономическим и политическим процессам на тему Корейское объединение в современных условиях: аргументы сторонников и противников

Введение
Актуальность изучения роли межкорейских отношений состоит в важности изучения основ потепления отношений между двумя Корейскими
государствами сегодня. Анализ данного вопроса важен и для прогнозирования ситуации на Корейском полуострове, того, как она влияет на региональные процессы в АТР .
Изучение мирного процесса, трансформаций основ вопроса корейского объединения также важно для интерпретации изменений в современном мировом порядке, анализа роли сверхдержав в урегулировании ситуации на
Корейском полуострове и снижения уровня напряженности во внешней политике в целом. Изучение ситуации также позволяет определять интересы сверхдержав на Корейском полуострове, оценивать важность АТР в современной внешней политике .
Анализ роли межкорейских отношений сегодня важно и для нашей страны в контексте дальневосточной политики. Дальний Восток – ключевая точка в стратегии развития отношений России с с Корейским полуостровом, по причине географической близости. Владивосток – это мост в российско-корейских отношениях, он может стать центром преодоления разногласий между корейскими государствами . Наша страна и Дальний Восток могут быть важными центрами в урегулировании отношений между корейскими государствами. Трехсторонние соглашения между странами, преодоление санкционного барьера – это актуальные темы современности.
Целью данной работы является рассмотрение корейского объединения в современных условиях: аргументов сторонников и противников.
Задачи:
- рассмотреть «разделенность» Северной Кореи;
- изучить различие в развитии экономик Северной и Южной Кореи;
- проанализировать административно-полицейский контроль Северной Кореи как способ сохранения господствующего положения;
- описать корейское объединение с точки зрения американских и отечественных аналитиков;
- рассмотреть сценарии объединения корейских государств: российскую концепцию;
- рассмотреть сценарии объединения корейских государств: американскую концепцию, проблему корейской культурной идентичности; ответственность других стран в решении темы корейского объединения.
Объект исследования – исторические взаимоотношения Северной и Южной Кореи. Предмет исследования – современная точка зрения исследователей на корейское объединение.
При написании работы использовались монографии, статьи различных отечественных и зарубежных авторов. Труды Хэдли Булла «Анархическое общество: исследование порядка в мировой политике» изучает особенности современного миропорядка, дает прогнозы перспективам развития мировой политики.
Ланьков А. в своей статье «Саммит для Трампа. Зачем две Кореи изображают потепление» анализирует потепление отношений между корейскими государствами и аргументирует роль Америки в разрешении конфликта между этими государствами.
Торкунов А.В. в своей книге «История Кореи» подробно описывает историю Кореи. Особенно важной для нашего исследования представляет глава политики «солнечного тепла» Ким Дэ Чжуна.


Глава 1 Исторические особенности развития КНДР
1.1 «Разделенность» Северной Кореи
Северная Корея является частью разделенной страны.
К 1945 г. большая часть промышленности колониальной Кореи располагалась на нынешней территории Севера, в то время как Южная Корея, наоборот, являлась тогда аграрным районом . В последующие десятилетия ситуация изменилась самым радикальным образом. Даже если верить собственным северокорейским оценкам, которые власти КНДР периодически в закрытом порядке передают иностранным специалистам, в 2017 г. номинальный душевой доход в Северной Корее составлял 1214 долларов США. Поскольку в 2019 г. номинальный душевой доход в Республике Корея оценивался в 33790 долларов США, это означает, что по этому важнейшему макроэкономическому показателю между Северной и Южной Кореей существует 27-кратный разрыв – самый большой разрыв, который существует в мире между двумя государствами, имеющими общую сухопутную границу.
Положение КНДР принципиально отличается от, скажем, положения Китая. Успех Южной Кореи – это успех не просто соседней страны, а страны, населенной тем же этносом, людьми, которые в северокорейском официальном дискурсе считаются частью той же самой «общекорейской» нации. Население Китая хорошо осведомлено об экономическом процветании Японии или США, но это очевидное процветание не может быть воспринято большинством китайцев как признак некомпетентности существующего в Китае политического режима: США и Япония являются зарубежными государствами, которые отличаются от Китая и историей, и географией, и культурой. При том, что формально Китай является разделенной страной, гигантский дисбаланс между «материковым» Китаем и Тайванем означает, что его успех относительно малозначим для судеб Китая. В случае же с двумя корейскими государствами успех некогда отсталой Южной Кореи будет наверняка воспринят как подтверждение того, что выбранная руководством КНДР еще в 1960-е гг. стратегия экономического и политического развития оказалась глубоко неудачной.
В случае с СССР и Восточной Европой в период 1960–1990 гг. именно демонстрационный эффект, производимый явным превосходством стран Запада в уровне жизни (и в меньшей степени – в вопросах индивидуальных и политических свобод), оказывал на население социалистических государств немалое воздействие, неуклонно размывая ту поддержку, которой на ранних этапах своей истории пользовались существовавшие там политические режимы .
Руководство СССР и государств Восточной Европы по ряду культурных, политических и технических причин не могло в годы холодной войны проводить политику самоизоляции с такой же жесткостью, с которой ее проводят в Северной Корее. Кроме того, советское руководство было уверено в своей способности держать ситуацию под контролем. Для северокорейской элиты, однако, очевидно, что само существование успешной и этнически близкой Южной Кореи создает угрозу политической стабильности в КНДР – и опыт Восточной Европы (в первую очередь – Германии) напоминает, что эта опасность реальна.
1.2 Различие в развитии экономик Северной и Южной Кореи
Разделенная страна: страхи и единство элиты
С точки зрения высшего руководства КНДР существование Южной Кореи является не только негативным, но и позитивным фактором. Парадоксальным образом оно вносит немалый вклад в дело обеспечения внутреннего единства северокорейской элиты, а именно: недовольство элиты, как уже говорилось выше, в последние 75 лет является главной опасностью для авторитарных режимов.
Существование Южной Кореи означает, что заметная часть северокорейской элиты уверена: сохранение существующего режима является необходимым условием для сохранения их власти и привилегий (а возможно – также свободы и жизни). Связано это с тем, что одним из наиболее вероятных исходов возможного кризиса в Северной Корее является объединение страны по германскому образцу. О том, что это осознается элитой, отчасти свидетельствует то обстоятельство (известное автору и из личного опыта, и из опыта коллег), что во время конфиденциальных разговоров с северокорейскими чиновниками, включая дипломатов и сотрудников спецслужб, они очень часто задают вопросы о том, как сложились судьбы восточногерманской партийно-государственной номенклатуры после объединения страны. Если в силу ослабления административно-полицейского и идеологического контроля большинство населения КНДР станет меньше опасаться наказания за политически неподобающее поведение, а также получит больше доступа к информации о жизни в Южной Корее, то существует большая вероятность того, что значительная часть северокорейцев поведет себя так же, как повели себя жители Восточной Германии: начнут требовать скорейшего объединения с Югом, исходя из того, что это объединение обеспечит им уровень жизни, сходный с южнокорейским. Противостоять подобному давлению властям будет непросто .
В большинстве стран Восточной Европы и бывшего СССР падение коммунистических режимов не привело к радикальным изменениям в персональном составе элиты. По большому счету, бывшая партийно-государственная номенклатура в этих странах легко отбросила марксистско-ленинскую риторику и объявила себя националистами или демократами (в зависимости от страны и ситуации), сохранив при этом политическую власть или же использовав эту власть для приобретения собственности. В результате во многих случаях (экс)номенклатура даже увеличила свои доходы и привилегии.
Однако подобный сценарий, стандартный для большинства стран бывшего социалистического содружества, в КНДР представляется невозможным. Точнее говоря, этот сценарий возможен только в том маловероятном случае, если падение режима семейства Ким не приведет к ликвидации северокорейской государственности. Однако в силу упомянутой выше потенциальной притягательности Юга падение режима с большой вероятностью спровоцирует объединение страны на южнокорейских условиях, то есть фактически приведет к поглощению бедного Севера сильным, богатым и многонаселенным Югом. При таком повороте событий северокорейская номенклатура неизбежно будет оттеснена и от власти, и от собственности. Более того, существует вероятность того, что на номенклатуру будет возложена ответственность за все те проблемы, преступления и трагедии, которыми была отмечена история Северной Кореи .
В этой обстановке северокорейская правящая элита, численность которой можно оценить в несколько сот тысяч человек, понимает, что нестабильность – неизбежный результат даже успешного заговора или переворота – может привести к катастрофе. Даже те из членов элиты, которые по многим вопросам не согласны с нынешним руководством страны, имеют все основания для того, чтобы «не раскачивать лодку»: если эта «лодка» северокорейской государственности в результате перевернется, то в пучине пропадут представители всех группировок нынешней элиты. Это обстоятельство заставляет элиту проявлять крайнюю осторожность и существенно снижает вероятность того, что какие-то из ее группировок решатся на переворот или заговор – ведь даже успешный переворот может